Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации подготовило методические рекомендации для средств массовой информации по освещению тем, связанных с несовершеннолетними, в ситуациях преступлений, опасного поведения и самоубийств. Документ разработан Правительственной комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав и создан при участии Роскомнадзора, МВД России, Минпросвещения России, Росмолодежи. Рекомендации адресованы редакциям традиционных и онлайн‑СМИ, а также всем, кто публикует материалы в информационно‑телекоммуникационной сети Интернет, включая новостные порталы и иные медиаплощадки.
В основе документа – принцип безусловного приоритета прав и законных интересов ребенка. При подготовке любого материала о несовершеннолетнем пострадавшем, о преступлениях, совершенных несовершеннолетними или в отношении них, при освещении тем самоубийства и других опасных форм поведения журналисты должны исходить из максимальной защиты личности ребенка. Речь идет не только о соблюдении буквальных требований закона, но и о формировании этичной редакционной практики, предотвращающей вторичную травматизацию, стигматизацию и угрозу безопасности несовершеннолетнего.
Статья 4 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» прямо запрещает распространение в СМИ и в сети Интернет информации о несовершеннолетнем, пострадавшем в результате противоправных действий (или бездействия), если эта информация позволяет установить его личность. Под запрет подпадают фамилия, имя и отчество ребенка, его фото‑ и видеоизображение, изображение его родителей и иных законных представителей, дата рождения, место жительства и временного пребывания, место учебы или работы, аудиозапись голоса. Кроме того, не допускается публикация любой иной информации, которая позволяет прямо или косвенно идентифицировать несовершеннолетнего пострадавшего, даже если его имя формально не называется.
Рекомендации подчеркивают, что редакции должны проявлять особую осторожность при работе с визуальными материалами. Широко применяемый прием «затемнения» или «размытия» лица ребенка нередко создает у журналистов иллюзию соблюдения закона, однако на практике не гарантирует его неузнаваемость, особенно в небольших населенных пунктах, где круг общения и контекст легко восстановить. В документе предлагается ориентироваться на такие форматы, как официальные сводки и аналитические материалы, полностью исключающие персонализацию и визуализацию конкретного ребенка.
Особое внимание уделяется тому, что идентификации несовершеннолетнего может способствовать не только текст самой публикации или сюжет, но и сопутствующая информация. К числу таких потенциально раскрывающих данных относятся аватары и никнеймы в социальных сетях, комментарии друзей, фрагменты переписки, скриншоты из аккаунтов, которые редакции иногда используют для иллюстрации материала. Даже при отсутствии полного имени ребенка комбинация этих элементов способна привести к его установлению, что будет нарушением требований законодательства.
Вместе с тем закон допускает ряд исключений, когда распространение сведений о несовершеннолетнем пострадавшем возможно в целях защиты его прав и законных интересов. Речь идет о случаях, предусмотренных частью четвертой статьи 41 Закона о СМИ. Для правомерной публикации информации, позволяющей идентифицировать ребенка, необходимо получить письменное согласие: законного представителя – если ребенку еще не исполнилось 14 лет, либо самого несовершеннолетнего и его законного представителя – если он старше 14 лет. Такие согласия должны быть оформлены документально, что важно учитывать редакциям при взаимодействии с семьями пострадавших.
Документ учитывает ситуации, когда получить согласие невозможно или когда законный представитель сам является подозреваемым или обвиняемым по делу. В таких случаях допускается публикация информации без согласия, но только при условии, что это строго обусловлено защитой прав и интересов несовершеннолетнего пострадавшего. При этом подчеркивается, что защита ребенка – это высший приоритет, и как только цель защиты достигнута, использование истории ребенка для поддержания интереса аудитории становится неприемлемым. Рекомендации прямо предупреждают редакции о недопустимости «эксплуатации» темы и искусственного «подогревания» интереса к личности несовершеннолетнего.
Отдельный блок касается статуса информации о несовершеннолетнем пострадавшем в контексте Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». В соответствии с частью 2 статьи 5 этого закона любые сведения о несовершеннолетнем, пострадавшем в результате противоправных действий, относятся к информации, запрещенной для распространения среди детей. Это означает, что при ее распространении необходимо использовать знаки информационной продукции «18+» и (или) текстовое предупреждение «запрещено для детей». Для онлайн‑СМИ это особенно важно с точки зрения корректной маркировки материалов и технических ограничений доступа.
Наиболее строгие требования конфиденциальности установлены в случаях преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности в отношении несовершеннолетних. Помимо норм закона о СМИ, в таких ситуациях применяются положения статей 161 и 241 Уголовно‑процессуального кодекса Российской Федерации. Часть 5 статьи 161 УПК запрещает разглашение данных о частной жизни участников уголовного судопроизводства без их согласия, а также данных о частной жизни несовершеннолетнего потерпевшего, не достигшего 14 лет, без согласия его законного представителя. Часть 2 той же статьи устанавливает, что данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя или дознавателя и только в объеме, который ими признан допустимым и не противоречащим интересам следствия и правам участников процесса.
В делах о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности, совершенных в отношении несовершеннолетних, особенно важно, что распространение информации в СМИ и сети Интернет допустимо лишь в строго ограниченных целях: содействие расследованию преступления, установление лиц, причастных к его совершению, розыск пропавших несовершеннолетних. Любое использование информации вне этих целей может рассматриваться как нарушение закона, создающее угрозу дополнительной травматизации ребенка и вмешательства в его частную жизнь.
Рекомендации затрагивают и правила освещения судебных заседаний. В соответствии с частью 5 статьи 241 УПК лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудиозапись и письменную запись. Однако фотографирование, видеозапись, киносъемка, а также трансляция заседания по радио, телевидению или в сети Интернет допускаются только с разрешения председательствующего судьи. При этом отдельно подчеркивается, что трансляция открытого судебного заседания на стадии досудебного производства по радио, телевидению или в сети Интернет запрещена. Эти положения напрямую влияют на практику работы судебных корреспондентов, особенно когда речь идет о делах с участием несовершеннолетних.
Еще один важный аспект документа связан с недопустимостью раскрытия личности несовершеннолетних правонарушителей. На основании статьи 41 Закона о СМИ запрещено распространять в СМИ сведения, прямо или косвенно указывающие на личность несовершеннолетнего, совершившего преступление либо подозреваемого в его совершении, без согласия самого несовершеннолетнего и его законного представителя. Аналогичный запрет распространяется на случаи, когда несовершеннолетний совершил административное правонарушение или антиобщественное действие. Во всех указанных ситуациях разрешение должно быть получено в письменной форме как от самого подростка, так и от его законного представителя.
Таким образом, редакции должны учитывать, что фактическое указание на школу, район проживания, круг общения, публикация фотографий без лица, но с узнаваемыми деталями, иные элементы, позволяющие локальному сообществу идентифицировать подростка‑правонарушителя, может быть расценено как нарушение закона. В цифровую эпоху, когда любой скриншот быстро разлетается по социальным сетям и мессенджерам, риск такого нарушения существенно возрастает, что требует от журналистов и редакторов повышенной ответственности.
Рекомендации Минцифры, опираясь на действующее законодательство, фактически формируют рамки профессионального стандарта работы с чувствительной информацией о детях. Документ ориентирует редакции не ограничиваться формальным соблюдением минимально необходимых требований (например, условным «затемнением» лица), а переосмыслить подход к освещению подобных тем в сторону максимальной де‑персонализации и уважения к частной жизни ребенка. Для интернет‑СМИ и онлайн‑платформ такие рекомендации могут стать основанием для разработки внутренних регламентов, чек‑листов и процедур согласования материалов, в которых упоминаются несовершеннолетние пострадавшие или правонарушители.
Знание и соблюдение положений документа поможет снизить риск юридической ответственности для редакций и отдельных журналистов. Нарушение требований конфиденциальности, разглашение данных предварительного расследования или публикация материалов без должной маркировки «18+» способно повлечь санкции со стороны надзорных органов и правоохранительных структур. В то же время следование изложенным рекомендациям позволяет СМИ выполнять важную общественную функцию информирования, не превращая истории о детях в источник дополнительной травмы для них и их семей.
Методические рекомендации Минцифры России можно рассматривать как комплексный ориентир для медиасообщества по работе с крайне чувствительной категорией контента – информацией о несовершеннолетних в контексте преступлений, опасного поведения и трагических событий. Они совмещают нормы закона о СМИ, законодательства о защите детей от вредной информации и уголовно‑процессуальных норм, переводя их в плоскость конкретных требований к редакционной практике. Для профессиональных редакций соблюдение этих подходов – не только вопрос юридической безопасности, но и ключевой элемент этики ответственного освещения детской темы.
0 лайков