«Курская правда», г. Курск, Курская область
В Курске жил гениальный композитор, но об этом здесь практически не знают
Исполнилось 134 года со дня рождения композитора, пианиста и писателя Всеволода Задерацкого. Хотя он провел в Курске юношеские годы, окончил здесь гимназию, учился у композитора Аркадия Абазы, но об этом мало кто знает. И не только о самом событии, но и о личности композитора, его значении. Даже в издаваемых Асеевкой календарях знаменательных и памятных дат «Край наш Курский» о нем нет упоминаний.
В 2015 году усилиями краеведа Бориса Солодкина на доме 12 на улице Димитрова, где жил Задерацкий, была открыта мемориальная доска, но это никак не изменило ситуацию, и волны интереса к творчеству композитора в местной культурной среде так и не подняло.
Место в иерархии
Так может, творчество Задерацкого само по себе не очень интересно? Что у него за уровень, каково место в музыкальной иерархии? С таким вопросом я обратился к специалисту – композитору Игорю Бессчастному. И вот что он дословно сказал:
«Музыка колоссально интересная во всех отношениях. Технически это зрелые работы серьезного композитора. При том что это писалось в лагере, на каких-то бумажках, бланках… Я представляю, сколько было потеряно этой музыки. А музыка на уровне Рахманинова, Скрябина, Шостаковича. По структуре, по энергетике это те же симфонии Шостаковича – только клавир! Такие люди творят на века, они уходят непонятыми, и к ним возвращаются, как к Баху, через двести лет. Задерацкий – непризнанный гений. Он гениален и как музыкант, и как композитор. Я взял на выбор три произведения – они совершенно разные. Это фейерверк мысли, идей, энергии. Эта музыка не фортепианная – структурно, по гармонии, по фактуре это музыка для симфонического оркестра. Симфоническая музыка, переложенная для фортепиано. Как когда-то Бах, он опередил время».
В связи с таким определением вспомнился Борхес, у которого в коротком полуторастраничном эссе сосредоточен смысл целой книги. А еще определение настоящей поэзии – как эссенции, тинктуры, когда в нескольких строчках сжато пространство философского метафизического трактата.
Жизнь как остросюжетный роман
О Задерацком я узнал от Бориса Солодкина, после чего ознакомился с его биографией и творчеством – приобрел двойной диск с 24 прелюдиями и фугами, еще один диск с более ранней сонатой №2 (1928), а также «Золотое житье» – книгу его литературного наследия.
О музыке – разговор особый, но биография! Это какой-то головокружительный авантюрный роман! Вот только лично для себя никто такого не пожелает. Итак, обо всем по порядку…
Всеволод Петрович Задерацкий родился 21 декабря 1891 года в городе Ровно на Волыни. Там он провел детские годы, а затем – с заездом на небольшое время в Вильно – оказался в Курске, где прожил с 1897-го по 1910 год.
Все эти перемещения, как и само место рождения будущего композитора, были обусловлены служебным положением его отца. Петр Андреевич Задерацкий служил на Волыни по железнодорожному ведомству и в Курск был переведен на вышестоящую должность – дослужился до директора Юго-Западных железных дорог. Матушка нашего героя – Мария Мелешкевич-Бжозовская – происходила из старинного польского шляхетского рода с глубинными культурными традициями, что, вероятно, и предопределило наклонности ее сына.
Именно в Курске начались для Всеволода систематические занятия музыкой. По завершении обучения в местной гимназии в 1910 году, он поступил на юридический факультет Московского университета, а также начал учебу в Московской консерватории по направлениям «фортепиано» и «композиция». В 1915 году благодаря протекции своей тети Александры Мелешкевич-Бжозовской, бывшей жены сенатора, молодой композитор получил предложение стать одним из музыкальных наставников цесаревича Алексея, наследника российского престола.
Но времена были, как мы знаем, бурные. Вначале в звании младшего офицера Российской императорской армии Задерацкий участвует в боевых действиях Первой мировой. А затем воюет против большевиков в составе добровольческой армии Деникина. Чем все это закончилось, общеизвестно: белые проиграли, а наш герой вместе с другими деникинцами оказался в плену.
Казалось бы, ничто не могло спасти от расстрела, но вмешалось провидение в лице «железного Феликса». В усадьбе, где в ожидании своей участи содержались пленные, был рояль, на котором Всеволод Петрович целую ночь изливал душу. А за стеной в это время своими делами занимался Дзержинский, и так впечатлился услышанным, что после выяснения – кто сей? – оставил резолюцию: «сохранить жизнь» (вероятно, обратил внимание и на польскую фамилию).
Так Задерацкому сохранили жизнь, но до конца дней он остался с волчьим билетом. Жил в Рязани, Москве, затем в Ярославле. И периодически – в лагерях. Умер во Львове 1 февраля 1953 года – еще до начала хрущевской оттепели.
Музыка вечной мерзлоты
Все это время он сочинял музыку. В одном из колымских лагерей системы СЕВВОСЛАГ ГУЛАГ в Магаданской области Задерацкий создает свой Magnum Opus – цикл прелюдий и фуг для фортепиано во всех 24 тональностях.
Тут можно привести несколько аналогичных примеров. Французский композитор-авангардист Оливье Мессиан в немецком лагере для военнопленных сочинил квартет «Конец на конец времени». Татьяна Гнедич в тюремной камере осуществила перевод «Дон Жуана» Байрона. Роберт Штильмарк в лагерях написал образцовый приключенческий роман «Наследник из Калькутты».
Но даже и на этом фоне случай Задерацкого – из ряда вон. И для Гнедич, и для Штильмарка, кроме карандаша и бумаги больше ничего и не нужно было. У Мессиана все же были пусть расстроенные, но какие-никакие инструменты, удалось даже сыграть премьеру перед узниками лагеря для военнопленных. А Всеволод Петрович записывал ноты без всякого инструмента, чисто из головы.
В этой связи Игорь Бессчастный и отмечает симфонический характер фортепианных прелюдий и фуг Задерацкого. Ведь прежде чем писать партитуру симфонии, необходимо написать клавир. То есть музыка у Задерацкого звучала исключительно умозрительно, помузицировать он сможет только спустя годы.
0 лайков