«Социальная газета», г. Самара, Самарская область
26 сентября Петропавловская церковь в Самаре отмечает 160-летие.
Живоносный корабль
Самарскую Петропавловку на улице Буянова, возле Губернского рынка, знает практически каждый горожанин. Добрая половина крещеных жителей областного центра крестились именно здесь, в маленькой теплой крестильне рядом с храмом. Для большинства воцерковленных самарцев путь к вере начинался тоже здесь, в девяностые годы прошлого века, когда в Петра и Павла по воскресеньям и праздникам не то что яблоку, соринке не было где упасть. Стояли плечом к плечу, не всегда имея возможность поднять правую руку для крестного знамени, причащались всем храмом и, как ни странно, знали друг друга, начиная четко отличать прихожан от «захожан». Последних в те времена было немало, тех, кто забегал поставить свечку о здравии или перед экзаменом, поискать чудотворных икон или «подзарядиться» благодатной энергией. Но большинство из них, попав на богослужение здесь однажды, постояв на проповеди и подойдя – все же пошли! – без какой-либо подготовки, как есть, к Чаше, испытывали непреодолимое желание прийти сюда вновь. И приходили. И оставались.
История Петропавловского храма началась в конце XIX века, когда на тогдашней окраине Самары заложили однопрестольную приходскую церковь. Храм строили на средства местного купца Андрея Наумовича Головачева, в возрасте 72 лет решившего оставить городу память о своей семье и построить на личные средства новую церковь.
Так на далекой Сенной улице, где кроме бедных домов да кабаков не было ничего, появилась сначала однопрестольный храм, построенный в виде русского «корабля» длиной семнадцать и шириной девять метров. Сверху церковь венчали две шатровые главки, а стены были оштукатурены и побелены. Освящение в честь святых первоверховных апостолов Петра и Павла прошло 26 сентября 1865 года. А через год здесь открылась церковно-приходская школа для мальчиков на шестьдесят учеников – первое учебное заведение на весь район.
В тридцатые годы прошлого века для храма настали тяжелые времена. Во время кампании по ликвидации культовых построек много раз поднимался вопрос о ликвидации и Петропавловской церкви, но все время что-то останавливало богоборцев. Осенью 1937 года были арестованы тридцать сотрудников храма – от настоятеля до сторожей. Почти все, за редким исключением, они были расстреляны в феврале 1938-го. А в 1939-м церковь закрыли, сославшись на крайнюю ветхость здания, представляющую опасность для находящихся здесь во время богослужений прихожан. После закрытия, несмотря на «крайнюю ветхость», в храме устроили сначала военный склад, а после – конюшню. Говорят, лошади отказывались заходить в алтарную часть, даже самые покладистые демонстрировали невесть откуда взявшееся упрямство.
Во время Великой Отечественной войны, когда по стране начали открываться закрытые храмы, верующие стали хлопотать о возвращении им дорогой Петропавловки. Церковь разрешили открыть только в октябре 46-го. Восстанавливали прихожане собственными силами. На возрождение любимого храма люди сумели собрать огромную по тем временам сумму — около шестисот тысяч рублей. Была отреставрирована роспись, сделаны новые киоты и иконостасы, умельцы-заводчане вручную изготовили шесть многоярусных паникадил для освещения. Кто сумел сохранить утварь и иконы во времена изъятия церковных ценностей, с радостью несли их во вновь открытый храм. Кстати, и сегодня в алтаре Петра и Павла хранится Чаша, изготовленная еще до революции. И икона Успения Божией Матери, писанная специально для самарского храма монахами Киево-Печерской лавры. Более храм не закрывался и ручеек православных, идущих с Божий дом со своими скорбями и радостями, никогда не иссякал.
Пастыри добрые
В разные годы жизни храма здесь служили замечательные священники. Первым настоятелем вновь открытой в послевоенные годы церкви стал протоиерей Сергий Васильевич Валовский. Благодаря его активной деятельности Петропавловку удалось восстановить и наладить там полноценную церковную жизнь в кратчайшие сроки. В пятидесятых годах здесь настоятельствовал протоиерей Иоанн Фомичев. В молодые годы будущий священнослужитель окончил художественную школу и мечтал быть художником, тем более, что имел большой талант, был прекрасным портретистом. Но жизнь сложилась иначе. В храме Петра и Павла сохранились и почитаются прихожанами две его иконы — великомученицы Варвары и Почаевская икона Божией Матери. Сын отца Иоанна, Николай, тоже стал священником и служил в Покровском соборе города Куйбышева. Не прервалась священническая династия и дальше. Правнук отца Иоанна Фомичева — протоиерей Максим Кокарев, ректор Самарской Православной Духовной семинарии. А начинал служить он тоже в храме Петра и Павла.
В девяностые годы прошлого века в Петропавловской церкви подвизался цвет самарского священства. К петропавловским батюшкам ехали со всей Самары. Протоиереи Иоанн Букоткин, Михаил Калугин и Михаил Фролов, Николай Мезинов, несравненный регент большого хора отец Григорий... Каждый из них заслуживает внимания. В то время в храмы хлынули толпы народа, исповедь продолжалась всю службу, так что причащать людей приходилось уже после окончания литургии.
Звонко, на весь храм (а акустика-то здесь ого-го!), призывал в левый придел желающих исповедаться отец Иоанн Букоткин, от которого просто веяло добротой и светом, благодатью и искренностью. Он даже если строго отчитывал, то делал это с такой любовью, что на душе теплело. Отец Николай Мезинов каждого, подходящего к нему на исповедь, обнимал по-отечески и говорил: «Ну, давай, каяться». И искренне, вместе с исповедующимся, каялся и переживал, произнося: «Прости нас, Милосердный Господи!». А на молебнах так щедро кропил молящихся святой водой, что никто не уходил сухим. Отца Григория слышно было мало, он служил практически лишь на свои именины, в остальное же время регентовал большим хором на правом клиросе. Петропавловский хор при нем не уступал по силе и красоте пения архиерейскому.
Митрофорный протоиерей Михаил Калугин, высокий, с длинной седой бородой, всегда казался очень строгим. Но строг он был, прежде всего, к самому себе. Выпускник Московской Духовной академии, очень грамотный и знающий священник, он служил в Петра и Павла с 1977 года. В начале девяностых был настоятелем храма, а в 1992 году архиепископом Самарским и Сызранским Евсевием назначен секретарем Епархиального управления. Владыка Евсевий назвал отца Михаила «украшением Самарской епархии». Тридцать лет прослужил батюшка в Петропавловском храме, его проповеди доходили до каждого сердца. Отца Михаила Калугина не стало 26 сентября 2006 года. Меньше чем на месяц он пережил своего зятя — второго отца Михаила, Фролова.
Протоиерей Михаил Фролов был человек чрезвычайно простой в общении и до бесконечности добрый. Батюшка, родом из деревни, очень любил работать на земле. Его небольшая дача была тихим местом уединения. Он щедро делился с духовными чадами своим урожаем, необычайно вкусными грушами и яблоками. К каждому делу, даже самому скромному, он подходил со всей ответственностью. К проповедям готовился как к экзамену. Много читал, размышлял и записывал. Перед проповедью для него выносили раскладной аналой, потом выходил отец Михаил с листочком, поправлял очки и начинал читать. Своими проповедями он умел достучаться до сердца каждого прихожанина. За год до своей кончины протоиерей Михаил был награжден правом ношения митры — высшим знаком отличия священника. Он ушел 4 сентября 2006 года. Оба отца Михаила похоронены на территории храма Петра и Павла, рядышком.
Сегодня в Петропавловской церкви служат пятеро священников, протодиакон и диакон. Говорят, что это едва ли не исторический минимум.
Для младшего поколения
Еще в нулевые во дворе Петра и Павла появилось здание из красного кирпича. Здесь расположилась трапезная и помещения для воскресной школы. Позже в здании закрепился Детский епархиальный образовательный центр, который в настоящее время посещает не меньше двух сотен ребят в возрасте от четырех до восемнадцати лет. Ребятишки занимаются спортом, хоровым пением, художественным творчеством. Руководит центром один из петропавловских батюшек — иерей Николай Зинин. Как рассказывает сам отец Николай, учащиеся центра далеко не все дети прихожан. Большинство приходит, что называется, «со стороны», узнавая о возможности бесплатно занять ребенка с пользой от соседей и знакомых. Но многие, поводив своих сыновей и дочек (а кто-то — внуков), сами приходят в храм.
Взрослые верующие тоже не забыты. Для них ведутся еженедельные курсы по Священному Писанию, которыми занимается протоиерей Алексий Белоцерковский, преподаватель СамПДС. Порой на встречи приходит не меньше сорока человек. Объединяются прихожане и для других дел. Например, собралась инициативная группа неравнодушных посетителей храма, не желающих ограничиваться только посещением богослужений и праздничными чаепитиями в трапезной. Они взяли шефство над пожилыми прихожанами Петра и Павла, которые уже не могут посещать храм. Поздравляют их с праздниками и днем рождения, именинами, дарят подарки к Рождеству и Пасхе, активно привлекают к помощи воспитанников епархиального центра. Ребятишки делают поделки, рисуют, чем несказанно радуют петропавловских бабушек и дедушек. С началом спецоперации на Украине инициативная группа начала собирать посылки на фронт, организовала не только пункт сбора, но и подключила всех умеющих к вязанию теплых вещей для наших солдат.
Приход живет и развивается, в храме ежедневно совершается литургия, по праздничным и воскресным дням — по две, ранняя в семь часов утра и поздняя в половине десятого. Все так же, как и много лет назад. Что-то должно оставаться неизменным всегда.
Татьяна Тузовская
2 лайков