Царская невеста

«Тюменская правда», г. Тюмень, Тюменская область

В 1616 году в Тюмени освятили деревянную церковь Михаила Архангела. Название ей дали в честь ангела-хранителя первого царя из династии Романовых Михаила Федоровича. В том же году в сибирскую ссылку отправили его невесту, Марию Хлопову, которую царь полюбил всем сердцем. Кроткая, нрава доброго, собой прекрасная, ни в чем не повинная, Мария оплакивала случившееся в царском дворце. Что за напасть с ней приключилась? Отец утешал: «Подстроили тебе пакость, оклеветали». Но от слов его искренних легче на душе не становилось...

Тяжела ты, шапка Мономаха

Тремя годами ранее в Москве произошло судьбоносное для России событие. Все жители столицы и «все выборные от других городов, разных чинов люди после долгого обсуждения 7 февраля единодушно решили: быть царем русским двоюродному племяннику последнего государя из дома Рюрика Михаилу Федоровичу Романову. Не только земские люди всяких чинов, но и казаки решительно и радостно стали за него», – сообщается в книге «Россия под скипетром Романовых» (1912 г.).

Но мать Михаила инокиня Марфа (до пострига Ксения), услышав весть, что ее Мишу избрали на престол, воспротивилась. «Русские люди измалодушествовались, в годы Смуты изменили своим царям…». И наотрез отказалась благословить сына на престол.

16-летний Михаил был скромен и не перечил матери. Уговоры послов действия не возымели. Тогда архиепископ Рязанский Феодорит пригрозил Марфе, что Бог взыщет на ней конечное разорение государства. И она благословила Михаила, а согласие матери означало и согласие сына.

Михаил прибыл в Москву, которая после освобождения поляков была разграблена, обезображена. Страна, как сирота, нуждалась в умном правителе.

11 (21) июля 1613 года в Успенском соборе Кремля Михаил торжественно венчался на царство. Его дядя боярин Иван Никитич держал Мономахову шапку, князь Дмитрий Трубецкой – скипетр, а князь Дмитрий Пожарский – державу (золотое яблоко).

Сладкое кушать вредно

Природа одарила Михаила блестящими способностями и умом, он был добродушен и набожен, послушен матери. В 1616 году ему исполнилось 20 лет. Царица инокиня Марфа решила: пора сына женить, подобает явить миру законного наследника, чтобы не случилось в стране смуты. Она и невесту присмотрела – девушку из боярской семьи, близкой к семье своих родственников Салтыковых. Как развивались далее события, рассказывает знаменитый историк XIX века Николай Костомаров: «Созвали по давнему обычаю толпу девиц – дочерей дворян и детей боярских. Михаилу приглянулась более всех Марья, дочь дворянина Ивана Хлопова. Немедленно выбранная невеста была взята «наверх» (во дворец), и велено было ей оказывать почести как царице, дворовые люди ей крест целовали, и во всем Московском государстве велено поминать ее имя на ектениях. Ее нарекли Анастасией. Отец и дядя нареченной невесты были призваны во дворец, государь лично объявил им свою милость. Таким образом род Хлоповых, совершенно незначительный до того времени, вдруг возвысился и стал в приближении у царя. Это возбудило во многих зависть, как и прежде всегда бывало в подобных случаях. Более всех невзлюбили Хлоповых могущественные Салтыковы, опасавшиеся, чтобы те не вошли в доверие царю и не оттеснили их самих на задний план.

Однажды царь ходил в своей оружейной палате и рассматривал разное оружие. Михаил Салтыков показал ему турецкую саблю и похвастался, что такую саблю и в Москве сделают. Царь передал саблю Гавриле Хлопову, дяде царской невесты, и спросил: «Как ты думаешь, сделают у нас такую саблю?» Хлопов отвечал: «Чаю, сделают, только не такова будет, как эта!» Салтыков с досадой вырвал у него из рук саблю и сказал: «Ты говоришь не знаючи!» Они тут же побранились крупно между собой.

Салтыковы не простили Хлоповым, что они смеют им перечить, решились удалить их от двора и расстроить брак государя.

Нареченная невеста вдруг заболела. У неё началась постоянная рвота. Сперва родные думали, что это сделалось с ней от неумеренного употребления «сластей», и уговаривали есть поменьше. Она послушалась, и ей стало как будто получше, но потом болезнь опять возобновилась, и родные должны были донести об этом царю. Тогда царь приказал своему крайчему Салтыкову позвать доктора к своей невесте; Михаил Салтыков привел к ней иноземца-доктора по имени Валентин, который нашел у больной расстройство желудка и объявил, что болезнь излечима и «плоду-де и чадородию от того порухи не бывает». Такое решение было не по сердцу Салтыкову; прописанное лекарство давали царской невесте всего два раза и доктора Валентина более к ней не призывали. После того Салтыков призвал другого, младшего врача, по имени Балсырь, который нашел у больной желтуху, но не сильную, и сказал, что болезнь излечима...

Между тем Салтыков донес царю, будто врач Балсырь сказал ему, что Марья неизлечима, что в Угличе была женщина, страдавшая такою же болезнью, которая, проболевши год, умерла. Царь не знал, что ему делать. Мать настаивала удалить Хлопову. Просто сослать ее с «верху» казалось зазорно, так как она уже во всем государстве признана царской невестой. Созван был собор из бояр для обсуждения дела. Напрасно Гаврило Хлопов на этом соборе бил челом, прося не отсылать царской невесты с «верху», уверял, что болезнь ее произошла от сладких ядей и теперь уже почти проходит.

Бояре знали, что царская мать не любит Хлопову и желает ее удалить; в угоду ей произнесли они приговор, что Хлопова «к царской радости непрочна», т. е. что свадьбы не должно быть.

Девушку поместили у ее бабки на подворье, а через десять дней сослали в Тобольск с бабкой, теткой и двумя дядями Желябужскими, разлучив с отцом и матерью».

О пользе рукоделия

Казак спешно доставил тобольскому воеводе боярину Ивану Семеновичу Куракину грамоту с царской печатью. В грамоте той говорилось, что на поселение в Тобольск направляется дворянская дочь Мария Хлопова. Обращаться с ней следует достойно и обходительно…

Поселили горемычную с ее родней недалече от девичьего монастыря. Места там дивные.

Стала Мария жить-поживать, особого надзора над ней не требовалось. Местные жители, увидев знатную особу, отвешивали ей низкие поклоны. Девица приветливо глядела, на лице – ни тени гордыни.

В солнечный денек любила Мария прогуляться. Выходила она на берег Иртыша, всегда ее сопровождали родные дядюшки, которые вели приятные разговоры. Любила Мария и занятие рукодельем. Проворной нитью вышивала узоры на полотне, мысли при том в порядок приводила, верила, что закончится ее изгнание.

В 1619 году пришла весть из Москвы: Марию с родней перевести в Верхотурье и там жить в построенном для них дворе, никуда не отлучаться. На содержание – по 10 денег на день. Скудно, конечно, после царских палат.

Путь-дорога опять пролегла через Тюмень-матушку. Там произошло славное событие. С подачи пришедшего из Казани монаха Нифонта основали деревянный Свято-Троицкий монастырь во имя Преображения Господня. Монастырь построили по указу царя Михаила Феодоровича. Государь подарил обители колокола, образа и книги.

Дорогой Мария не раз вспоминала царя Михаила. Вот милость от него получила, покидает она сибирскую ссылку. Но чем была вызвана небольшая милость?

Иностранки спесивые

В 1619 году вернулся из польского плена отец царя, митрополит Филарет. Он становится патриархом Московским и вся Руси. Михаил рассказал отцу о своей сердечной печали. Филарет упрекнул сына: «Настойчивее следовало быть, коли полюбил». Чтобы политически упрочить Московское государство, патриарх решил сосватать сыну литовскую принцессу. Михаил воспротивился. С другими невестами тоже не заладилось. Получили отказ от Доротеи-Августы, племянницы датского короля Христиана, и княжны Екатерины, родственницы шведского короля.

Злые умыслы

– По закону божьему обручена мне царица, кроме нея не хочу взять иную! – заявил родителям Михаил. Инокиня Марфа опять принялась толковать о неизлечимой болезни Хлоповой. Тогда патриарх Филарет решил разобраться в этой мутной истории. Были допрошены родители Марии, ее врачеватели.

Мария-Анастасия к тому времени жила в Нижнем Новгороде. В 1621 году ее увезли из Верхотурья, поселили в выморочном дворе Козьмы Минина. Боярин Шереметев с докторами прибыли к царской невесте. Она была по-прежнему хороша собой и «во всём здорова».

Злой умысел Салтыковых раскрылся. Братьев Михаила и Бориса лишили всех придворых чинов, вместе с семьями выслали из Москвы в дальние деревни. Мать их упрятали в Суздальский монастырь. Все поместья и вотчины отобрали в казну.

Казалось, счастье улыбнулось жениху и невесте. Добро победило. Но инокиня Марфа досадовала, что так обошлись с родственниками, и заявила сыну: «Если Хлопова будет царицей, не останусь я в твоем царстве!»

Перечить матери сын не стал. Она приглядела Михаилу в невесты княжну Марию Долгорукую из древнего рода потомков князей Рюриковичей. Сыграли свадьбу, но уже через несколько дней молодая царица сильно захворала и спустя пять месяцев померла… Поползли слухи, что отравили царицу. Летопись же говорит: «Смерть Марии – то божья кара за оскорбление невинной первой невесты».

Мария Хлопова так и осталась нареченной невестой царя, в 1633 году она отошла в лучший мир.

Кому что начертано

В 1626 году 30-летний Михаил Федорович женился на Евдокии Стрешневой. 19 (29) марта 1629 года она родила Алексея, будущего царя Алексея Михайловича (Тишайшего).

В этой истории немалый интерес вызывают судьбы персон упомянутых.

Отец царя Михаила (в миру Федор Никитич Романов) был большим эрудитом, отличным наездником и первым столичным щеголем. Он достойно представлял Московское государство на переговорах с иностранными послами. Дослужился до чина главного дворового воеводы. Борис Годунов посчитал его претендентом на престол после кончины царя Федора Иоанновича. Ведь Федор Романов – сын влиятельного Никиты Захарьина-Юрьева, племянник первой жены Ивана IV Грозного, царицы Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой.

Федора Никитича и жену его Ксению Шестову насильно постригли в монахи под именами Филарет и Марфа, чтоб лишить их прав на престол. Однако ж что начертано на небесах, не изменить на земле. Их сын Михаил был избран русским царем.

«Старица Марфа, освободившись от польского плена в московском Кремле, уехала в свои вотчины около Костромы… Проживала в селе Домнине... Но польские и казацкие изменнические шайки все еще продолжали рыскать в приволжских областях, и вот одна такая шайка остановилась в поселке Деревнищах, в нескольких верстах от Домнина, и, желая извести соперника Владиславу, приказала старосте деревни Ивану Сусанину вести ее к Михаилу. Сусанин, догадавшись о замысле поляков, успел послать гонца к инокине Марфе и царю Михаилу, чтобы те спаслись за крепкими стенами Ипатьевского костромского монастыря, а сам повел поляков по разным окольным дорогам, а затем, заведя их в леса и болота и уверившись во времени, что царь теперь уже в безопасности, открыл полякам истину. Те зверски его умертвили. Так честно умер крестьянин Сусанин за своего государя, показав пример доблести всем русским людям на вечные времена!» – повествует книга «Россия под скипетром Романовых».

В 1851 году в Костроме в память о тех событиях был воздвигнут величественный монумент царю Михаилу и легендарному герою Сусанину. На заре советской власти памятник разрушили. В 1967 году установили новый монумент Ивану Сусанину, но уже без фигуры царя.

Михаил и Борис Салтыковы, учинившие варварский поступок против Марии Хлоповой, приходятся двоюродными братьями царю Михаилу. Род Салтыковых – древний. Самые известные его представители – царица Прасковья Федоровна (мать императрицы Анны Иоанновны), писатель-сатирик Михаил Салтыков-Щедрин. И знаменитая помещица-садистка по прозвищу Салтычиха? Дарья Салтыкова была дочерью столбового дворянина Иванова. Она вышла замуж за ротмистра лейб-гвардии Конного полка Глеба Салтыкова, так и породнилась с именитым родом.

Царь Михаил Федорович чтил героические события, предшествующие его избранию на престол. В память об освобождении Москвы от польско-шляхетских интервентов заложили храм Казанской иконы Божией Матери. В день изгнания врагов царь распорядился провести крестный ход.

В 1818 году благодарная Россия воздвигла памятник героям Козьме Минину и Дмитрию Пожарскому. Первоначально он стоял на площади напротив Сенатской башни, лицом к Кремлю. Не случайно выбрано было то место: ополченцы с боем вошли в Кремль через Никольские и Спасские ворота. В 1930 году монумент передвинули к Покровскому собору.

Деревянный храм Михаила Архангела в Тюмени погиб в разрушительном пожаре в октябре 1697 года, на его месте был выстроен новый, но и тот сгорел в 1766 году.

Каменная Архангельская церковь была заложена в 1781-м, освящена в 1791 году. Ныне располагается на улице Ленина, 22.

Елена Дубовская

0 лайков