«За измену Родине расстрелять. Лично принадлежащее имущество конфисковать»

«Тульские известия», г. Тула, Тульская область

«Кельвес, Борзенков, Зайцев, Крылов, Кутепов, Чистяков и Подчуфаров в период оккупации Чернского района немецкими войсками во главе с Кельвесом поступили на службу к фашистским захватчикам в земельную управу при немецкой сельскохозяйственной комендатуре и все вместе активно помогали немецким оккупационным властям в установлении фашистского режима на территории Чернского района, снабжали продовольствием, фуражом и рабочей силой немецкую армию за счет ограбления населения, распространяли среди населения контрреволюционные листовки». Это выдержка из утвержденного 13 июня 1942 года обвинительного заключения к следственному делу по обвинению чернского агронома Владимира Кельвеса и его команды.

Как следует из материалов, предоставленных редакции пресс-службой Управления ФСБ России по Тульской области, Кельвес по заданию германских оккупационных властей организовал земскую управу и стал ее руководителем. Он подобрал штат инструкторов, через которых проводил в жизнь приказы и распоряжения захватчиков, направленные на установление фашистского режима и на ограбление жителей. По заданию оккупантов неоднократно лично писал приказы по колхозам о мобилизации транспорта на службу германской армии. Писал колхозам распоряжения о сдаче скота для немцев. Вызывал председателей колхозов и сельсоветов на регистрацию в немецкую сельхозкомендатуру, где проводил среди них антисоветскую агитацию, используя для этой цели фашистскую листовку («зачитывал фашистское «Обращение»). Давал распоряжения по колхозам молотить хлеб. В декабре 1941 года получил приказ немецкого командования о конфискации всего скота и зерна, собрал инструкторов комендатуры и разослал по колхозам на выполнение.

Владимир Кельвес в предъявленном ему обвинении виновным себя признал полностью. И показал: он был вызван в немецкую комендатуру, где дал фашистам согласие работать в должности райагронома. Организовал земскую управу при немецкой сельхозкомендатуре. На Кельвеса возложили учет чернских колхозов и их имущества, перепись скота, хлеба, инвентаря, снабжение вермахта продовольствием, предоставление немцам подвод из колхоза, взимание из колхозов хлеба, мяса, скота для немецкой армии. Кельвес дважды созывал совещание старост колхозов, проводил для них инструктаж, приказывал исполнять все доведенные им распоряжения немецкого командования и сельхозкомендатуры. А за неисполнение грозил расстрелом. На совещании старост зачитывал приказы германского командования. Проводил антисоветскую агитацию. Клеветал на ВКП(б) и советское правительство, «называл немцев освободителями». Кельвес во все колхозы Чернского района дал письменные распоряжения о том, чтобы колхозники весь скот доставили на сборный пункт в Чернь, «так как немецкое командование приказало скот конфисковать». «По личному признаю Кельвеса, некоторые колхозы сдали немцам до прихода РККА много скота и хлеба, который немцы при отступлении угнали». Надо сказать, что многие чернские колхозы не доставляли живность в райцентр. И тогда Кельвес написал повторный приказ – на имя старост и старшин, который гласил: весь скот надо доставить на приемный пункт. Кто не выполнит, того ждет расстрел. Этот приказ Владимир Кельвес «разослал с нарочными инструкторами сельскохозяйственной комендатуры Зайцевым, Крыловым, Кутеповым, Чистяковым». При этом Кельвес приказал инструкторам «проследить за эвакуацией скота из селений, и кто не будет эвакуировать скот, донести на месте немецким солдатам для принятия мер к этим лицам».

Видя, что Красная Армия пошла в наступление, а немцы отходят, немецкий ставленник сбежал из сельхозкомендатуры, вступил в партизанский отряд и находился в нем в декабре 1941 года несколько дней. «Этим хотел спасти себя», объяснял Кельвес свое поведение одному местному председателю колхоза.

Кельвес, арестованный 1 января 1942 года, содержался под стражей в Тульской тюрьме. Следственное дело было решено направить на рассмотрение Особого Совещания при НКВД СССР. Было предложено в отношении обвиняемых применить высшую меру наказания – расстрел.

Из выписки из протокола Особого Совещания при НКВД СССР от 12 августа 1942 года следует: слушали дело Владимира Густавовича Кельвеса, 1908 года рождения (до оккупации – агроном Чернского райзо). Постановили: «За измену Родине расстрелять. Лично принадлежащее имущество конфисковать». Владимир Кельвес реабилитации не подлежит.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.

0 лайков