Спасти рядового космонавта. В тундре под Воркутой проходили секретные тренировки на выживание

«Трибуна», г. Сыктывкар, Республика Коми

12 апреля Россия отмечает День космонавтики. А совсем недавно исполнилось 55 лет со дня первого выхода человека в открытый космос

Фото из книги И. Давыдова

18 марта 1965 года Алексей Леонов покинул корабль «Восход-2» и провел за его пределами 12 минут. При возвращении в отсек он едва не погиб. А вскоре стряслась другая беда: капсула с космонавтами приземлилась в глухой тайге. Леонову и его напарнику Павлу Беляеву пришлось более суток провести на 25-градусном морозе, пока их нашли спасатели. Эти драматические события были воссозданы в фильме «Время первых», где роли героев-космонавтов исполнили Евгений Миронов и Константин Хабенский.

Именно после того полета в Центре подготовки космонавтов решили ввести специальный курс по выживанию. Тщательным образом были отработаны разные варианты приземления: на воду, в пустыню, тундру. Эксперименты с приводнением шли в Феодосии, с выживанием на жаре — под Бухарой, а испытания на «морозостойкость» — в Заполярье, на базе Воркутинской эскадрильи авиационной поисково-спасательной службы.

Испытано на себе

События, о которых речь пойдет ниже, описал в своей книжке «Триумф и трагедия советской космонавтики» Иосиф Давыдов, специалист по выживанию в экстремальных условиях. Четверть века, начиная с 1963 года, он возглавлял в Центре подготовки космонавтов спецотдел, отвечавший за их безопасность. Все методики, которые предлагались на учениях, были проверены на практике самим Давыдовым и его командой.

Посадка Леонова и Беляева в снежную тайгу подтвердила: ученым нужно думать не только о технической начинке корабля, но и о специальной теплозащитной одежде для космонавтов на экстренный случай. Нужно было найти разумное сочетание опыта народов Севера, альпинистов и полярников. За решение этой задачи взялись специалисты завода «Звезда» — конструкторы защитного снаряжения для летчиков и космонавтов. Все виды костюмов — на шерстяной, пуховой и синтепоновой основе — Иосиф Давыдов «примерял» лично.

Известно, что в космонавты, как правило, берут невысоких людей среднего телосложения. Давыдов, напротив, был богатырь: рост 192 см, вес 86 кг. Подобрать для него снаряжение сразу не удалось, поэтому в первых экспериментах ему пришлось импровизировать. Испытатель надел ТЗК (теплозащитный костюм), гидрокостюм «Форель», обмотался парашютной тканью и выложил из нее гнездо на креслах спускаемого аппарата (СА).

«Шесть часов пребывания в металлической гробнице дали полное эмоционально-психологическое представление о состояниях человека в этом замкнутом объеме, да еще и в тесном снаряжении. Теперь я понимал, что ждет моих товарищей, добровольно согласившихся пойти на суточный эксперимент, в котором проверялась физиология (темпы замерзания отдельных органов человеческого тела) и психология» — так описал И. Давыдов свой опыт.

Кроме того, в ходе экспериментов выяснилось, что на холоде при замерзании человеческий организм выделяет намного больше углекислоты, чем в нормальных условиях. Если СА не проветривать, космонавты «уснут, как рыбки в пруду».

Холодные «железяки»

В Воркуту команду испытателей и космонавтов вместе с «Голубой птицей» (спецмашиной высокой проходимости), СА и другим снаряжением доставил самолет ИЛ-76. Сели на военный аэродром Северный. В тот день стоял 50-градусный мороз. Сталь при таких температурах становится хрупкой, как стекло, а у людей от холода трескается эмаль на зубах.

«Нас радушно встретило руководство военной базы, города и шахтерского объединения «Воркутауголь». По распоряжению командира базы полковника Лысака помогли быстро разгрузиться и предоставили помещение для размещения техники и гостиницу для всей нашей группы», — вспоминает И. Давыдов.

«Большинство участников бригады испытателей были на Крайнем Севере впервые. Одни восторгались новизной ощущений, другие воспринимали окружающую обстановку с тревогой. Правда, радушие северян эту тревогу гасило. А явившийся к нам директор шахты «Юнь-Яга» Анатолий Лаухин предложил сразу поставить в режим круглосуточного дежурства шахтерскую парную на случай переохлаждения испытателей… Мы встречались с шахтерскими бригадами, рассказывали о космонавтике. Детям и семьям шахтеров показывали спускаемый аппарат и снаряжение космонавтов, давали возможность сфотографироваться. В ту пору в Воркуте действовала школа «Юных космонавтов», и мы старались рассказать мальчишкам и девчонкам о буднях космонавтики».

Первый эксперимент со слабым теплозащитным снаряжением, но с работой в аппарате, разогретом до состояния, в котором он совершает посадку. Участвуют космонавты-испытатели Владимир Алексеев и Николай Порваткин. В команде их в шутку называли «железяками».

«Корабль прогрели и вывезли в тундру. Вскоре туда на «Голубой птице» привезли космонавтов. Облачившись в скафандры, как бы после полета, Алексеев и Порваткин заняли место в корабле. Вокруг аппарата на снегу разложили купол парашюта. Володя и Николай после непродолжительной адаптации в салоне начали снимать скафандры, а затем по мере остывания надевать пакет одежды из ПК-10 (полетного костюма), ТЗК-10 (теплозащитного костюма) и ГК «Форель» — гидрокостюма».

Переодеваться в тесной шестиметровой капсуле, где поначалу 100-процентная влажность быстро сменяется холодом, все равно что «надевать в шкафу подвенечное платье». После десяти часов пребывания в корабле стало холодно, словно в склепе. Испытатели почувствовали, как немеют ноги. Чтобы не задохнуться, люк держали приоткрытым. Через 12 часов датчики температуры на телах космонавтов начали показывать первые признаки переохлаждения. Однако на запрос по связи о самочувствии командир условного экипажа В. Алексеев отвечает: «У нас комфорт». Старший в группе космонавтов Евгений Хрунов, наблюдавший за экспериментом, сидя в гостинице, по телевизору, засомневался: «Что-то мудрит Алексеев!»

Едем в баню!

Прошло еще два часа. Приборы показывали, что переохлаждение приближается к критическим параметрам. Однако Алексеев вновь повторил: «У нас комфорт, можно продолжать эксперимент». «Команда стала сомневаться в правильности показаний аппаратуры: может, идет сбой от перемены места? Готовили же в Москве, а здесь 69-я параллель. Еще через час на связь досрочно вышел Николай Порваткин. «Если у него комфорт, пусть сидит. А я пошел…». А через минуту после этого Алексеев, улыбаясь, сообщил, что под комфортом он имел в виду «комфорт в минус пятой степени».

Окоченевшим «железякам» помогли выбраться наружу и отвезли к шахте «Юнь-Яга», где в три часа ночи работала парная, разогретая до +120°С. Но даже через полчаса пребывания в этом пекле Порваткин периодически клацал зубами. Финалом этого эксперимента стала простуда, из-за чего испытателя временно отстранили от работы. А вот у Алексеева не было даже насморка. Он утверждал, что избежал простуды благодаря гимнастике йогов, которой занимался на корабле.

В снежной берлоге

Следующий эксперимент — выживание с применением парашюта и подручных средств за пределами корабля. В нем участвовали Хрунов и Алексеев. Опыт отсидки в корабле показал, что находиться в нем можно до тех пор, пока работают системы вентиляции. После разрядки аккумуляторов и прекращения работы всех систем нужно покидать аппарат и, чтобы не замерзнуть, используя подручные средства, делать укрытие. Надев комплект теплозащитной одежды, космонавты с блоками НАЗа (неприкасаемый аварийный запас) вышли из теплого салона и ножом-мачете начали делать берлогу, в которой предполагалось отсидеть 12 часов. Резали снежные кирпичи и выкладывали их в бруствер со стороны ветра. Пока работали, даже начинали потеть. Приходилось останавливаться.

Через два часа снежная стенка надежно защитила их от ветра. Но в укрытии становилось все холодней. Проверили температуру и удивились: на поверхности было -38°С, а в укрытии почти -50°С. Позже этот феномен объяснили метеорологи. Оказывается, в месте, где находился аэродром, накануне эксперимента почти неделю держалась температура, близкая к -60. Толща снега промерзла и накопила холод. Так в процессе эксперимента стало понятно, что не каждый раз нужно зарываться в снег. Лучше строить проверенный народами Севера домик «иглу».

По итогам экспериментов по выживанию появился учебный фильм «Жизнь в твоих руках». Его смотрят и затем проходят подобные тренировки в экстремальных условиях все космонавты. А испытанные в Воркуте теплозащитные костюмы пригодились в космосе. Именно в таких восстанавливали станцию «Салют-7» Владимир Джанибеков и Виктор Савиных. «Спасибо создателям и испытателям ТЗК-14. Без этой классной одежды мы бы здесь замерзли», — цитирует слова Джанибекова И. Давыдов.

Лиля Вовк