Арс-Пресс
20.10.2019, 09:00

История одной семьи

Абдул-Керим Чахкиев: рейс «Казахстан — Грозный — Назрань»

 

«Отец ушёл из жизни в 80 лет. Он не любил хворать и жаловаться на болячки. Жил всегда достойно. Был уважаем людьми и сам с пониманием и заботой относился ко всем: к родным и близким, к друзьям и знакомым», — своими воспоминаниями об отце, Абдул-Кериме Чахкиеве, и о многом другом делится его сын Билан Чахкиев.

Родился Абдул-Керим Чахкиев в Ингушетии, школу мужества прошёл в Казахстане, большую часть жизни прожил в Грозном, исколесил за баранкой миллион километров по казахским степям, по дорогам Кавказа, Закавказья и Средней Азии, и к старости судьба его вновь вернула в родную обитель. Вот таков жизненный маршрут «водителя первого класса» Абдул-Керима Чахкиева.

Родословная

Родился отец в 1931 году в селении Насыр-Корт Назрановского района ЧИАССР. Он был последним ребёнком в семье Чахкиева Асланбека Сосланбек-Хаджиевича и Чахкиевой (Картоевой) Пятимат Воксаговны.


Чахкиев Сосланбек-Хаджи

Кроме него, в семье было ещё пять сестёр и один брат. Старшая сестра Айшет, 1905 г. р., жила в Орджоникидзе, была замужем за Або Плиевым, который добровольцем ушёл на фронт и погиб от ранений в госпитале, полученных под Сталинградом в 1942 году. Вторая сестра — Хади, 1911 г. р., была замужем за Исмаилом Гагиевым из селения Али-Юрт. Третьим шёл брат Осман, 1913 г. р. Далее — сестра Кейпа, 1921 г. р., замужем за Аюпом Евлоевым, она тоже проживала в селении Али-Юрт.

Четвертая сестра — Марем, тоже была замужем за Плиевым. Её муж, Халмурза Плиев, участник Великой Отечественной войны, воевал под Сталинградом рядом с родственником и свояком Або Плиевым («баж» — так звучит эта родственная связь на ингушском языке), когда Або смертельно ранили в бою. Халмурза похоронил его и сообщил об этом его родным.

Пятая сестра — Мадинат, 1929 г. р., была замужем за Магомедом Дарсиговым, который был участником двух войн — Финской и Великой Отечественной войны, и с боями дошёл до Берлина. Редко какому ингушу такое удалось в связи с известным бесчеловечным актом депортации народа в Казахстан и Среднюю Азию в феврале 1944 года.

Война и депортация

Отец Абдул-Керима, Асланбек, был старшим сыном Сосланбека-Хаджи. Всего их было восемь сыновей: Асланбек, Хасанбек, Идрис-Мулла, Адрахман, Ахмад, Бахауддин, Иса и Ибрагим, и две дочки. Шесть старших братьев были участниками Гражданской войны. Они мужественно сражались в Долаковском и Насыр-Кортском бою против Деникина. Асланбек — мой дед, получил в этом бою тяжёлое ранение и на всю остался инвалидом. Жена Асланбека — моя бабушка, Пятимат Картоева, была внучкой Парагульга (родоначальник фамилии Парагульговых) от старшего сына Воксага. Они из рода Картоевых, жили до высылки в селении Ахки-Юрт (ныне Сунжа) Пригородного района.


Чахкиев Асланбек

Отец по тем временам был образованным человеком, он окончил три класса в интернате города Орджоникидзе. Умел писать, читать, разбираться в бумагах и тому подобное. Большая семья, большие заботы не позволили мальчику учиться дальше. Но этого образования ему в принципе хватило для достойной жизни. Отец вспоминал, как он ездил за дровами со своим отцом — Асланбеком. Они обычно в гущу леса не заезжали, останавливались на окраине села Али-Юрт, и тогда мой отец просился в гости к сёстрам, которые жили в этом селе, — Хяди и Кейпе. Но дед жил по строгим понятиям ингушских адатов. В дом к замужним дочерям отцу и матери лишний раз появляться считалось недостойным, за исключением посещения родителей зятя, если они проживают с ними вместе, или на свадьбу или похороны. Сегодня тоже придерживаются этих порядков, но они, скорее, уходят постепенно в прошлое.


Чахкиева Пятимат

Началась война. Отец вспоминал, как над их селом кружились вражеские и советские самолёты, как однажды высоко в небе между лётчиками завязался воздушный бой, и немцу пришлось улететь, а наш самолёт сел на поле за бакинской трассой. У них здесь во время войны было лётное поле.

Известно, что битва за Кавказ длилась с 25 июля 1942 года по 9 октября 1943 года. Успех этого сражения можно считать одной из величайших побед СССР в Великой Отечественной войне. Советская армия не только отвоевала стратегическую точку, но и сильно увеличила свою боевую мощь и могла на равных вступать в битвы с немецкой армией. К сожалению, были у битвы за Кавказ и негативные последствия. Часть населения была обвинена в содействии противнику, и многие из местных жителей были позднее депортированы.

В день высылки, 24 февраля, мой отец гостил у старшего брата Османа, который жил и работал в Грозном. Потому и вышло, что депортировали его вместе с семьёй Османа в Алма-Ату, а его родители — Асланбек и Пятимат, вместе с другими родственниками оказались в Кустанае. Здесь был суровый климат. Асланбек, и так с подорванным здоровьем в годы Гражданской войны, сильно ослаб и умер вскоре по приезде в Кустанай. Сыновей и дочерей рядом с ними не было. Деда похоронили чужие люди. Могилу его мы так и не нашли.

Через некоторое время Осман разыскал маму и перевёз её к себе из Кустаная в Алма-Ату. Там они и устроились жить.

Начало трудового пути шофёра — по степным дорогам Казахстана

Какие тяготы и лишения перенесли высланные народы на чужбине, думаю, известно всем. Положение, конечно же, было тяжёлое. Мой отец — Абдул-Керим переделал свои документы, прибавил себе три года, чтобы устроиться в автошколу и выучиться на шофёра. Первое время он работал механиком, а затем его взяли шофёром. Вот с тех пор и начался трудовой путь шофёра. Прикипел он, как говорится, к баранке на всю жизнь.

В 1952 году Абдул-Керим женился на Лейле Измайловой, 1934 г. р. Жизнь они начали с нуля, в колхозе «Весёлая жизнь» недалеко от Алма-Аты. В первое время их жилищем была обыкновенная палатка. Мама вспоминала, как в дождь иной раз палатку сносило ветром, и всё хозяйство в одночасье промокало. Всё это приходилось потом сушить. Благо, солнце в Южном Казахстане пекло достаточно хорошо. Потом худо-бедно построили дом. И никакой мебели. Только стол, топчан, сколоченный своими руками, да старый тулуп. И им, со слов матери, и укрываться нужно было, и его же подстилать. Вот и думайте, как им жилось. Да, была в хозяйстве одна кастрюля. В ней варили суп, в ней же кипятили воду для чая.


Абду-Керим и Лейла Чахкиевы с сыновьями

Кое-что прекрасно отложилось и в моей памяти. Я родился в 1953 году. Жила с нами и бабушка Пятимат. Хотя материальное положение старшего сына Османа было куда лучше, с нами ей было уютнее. Никуда не хотела уходить, хотя её все настойчиво звали. Но она погостит день-два и просится обратно домой.

Бабушка Пятимат вообще была удивительным человеком, добрым и скромным. Она дожила до 90 лет, и при этом никогда не болела и сохранила все свои зубы. Она удивлялась, когда жаловались на головную боль. Всегда носила платья с воротничком, который сама подшивала, а я помогал ей продевать нитку в иголку. Любила во всём порядок. У неё был свой сундучок рядом с кроватью, куда она складывала свои вещи. Там же всегда у неё лежали яблоки, которые она ела после обеда. Бывало утром встанет, покушает, возьмёт свой маленький стульчик и идет на улицу. Или с этим стульчиком сядет у двери перед телевизором и начинает клевать носом. Отец зовёт её сесть на диван, а она ни в какую. После обеда любила полежать на кровати, потом опять на улицу со своим стульчиком. Деньги, которые ей давали родственники, аккуратно откладывала для младшей дочери, у которой муж был инвалидом-фронтовиком и детей было девять. Но тётя Мадинат сумела им всем дать хорошее воспитание и высшее образование. Бабушка Пятимат умерла, когда я учился в седьмом классе.

Вскоре жизнь стала налаживаться. Отец возил председателя колхоза и дружил с ним. У них была и легковая и грузовая машины. Его уважали все. Он был не только ценным работником — машина его всегда была в исправности, но и настоящим другом, «скорой помощью» случись что. Если вдруг срочно надо было кого-то в район отвезти, отец всегда был рад помочь.

В 1958 году Абдул-Кериму дали медаль «За освоение целинных земель». К тому времени в этом селе не осталось ни одного вайнаха, все родственники уже жили в Алма-Ате, а отца председатель колхоза не отпускал. Пришлось ему пойти на хитрость. Отец сказал, что едет учиться в город, повышать шофёрский класс. Так и не вернулся обратно. А через полгода, вспоминал он, было очень неудобно, когда встретился с ним в городе. Но он, кстати, не упрекнул его, а наоборот, понял, ведь отец тянулся поближе к родне, а для ингуша это, ох, как важно было во все времена. Председатель лишь сожалел, что такого ответственного, правильного работника у него уже больше не будет.


Абдул-Керим и Лейла Чахкиевы с детьми Исой и Наташей

По маршрутам Кавказа и Закавказья

В 1958 году мы вернулись на родину и обосновались в городе Грозном. Тут же осели и многие наши родственники — Чахкиевы. На работу устроиться в те годы возвращающимся чеченцам и ингушам было очень сложно. Однако Абдул-Керима взяли водителем на автобазу «Грознефть». Машина его МАЗ исколесила все районы Чечено-Ингушетии, всего Кавказа, Закавказья и далее. Перевозил он в основном гематит — порошок для буровых. Работа была тяжёлая, постоянные командировки по плохим дорогам — и в мороз и в слякоть, ломался, чинился. Да и зарплата не столь достойная — 90 рублей. Мама старалась помогать отцу. Она занималась торговлей, покупала кур, откармливала их, резала и продавала чищенными на рынке. Она также искусно вязала платки из шерсти (мохера) и тоже продавала на рынке.

Через несколько лет отец устроился на работу в гараж по международным перевозкам пассажиров на автобусе. Теперь жизнь наша стала налаживаться. У отца появилась шабашка, хотя работа была далеко не из лёгких. Каждое утро он вставал в четыре часа. Гараж находился далеко, за городом. Надо было подготовиться к выезду в рейс, помыть автобус, проверить его исправность и к 6-7 часам утра подъехать к автостанции для загрузки пассажиров. Люди попадались разные, так что отчасти ему приходилось быть и педагогом, и психологом, и гидом. К тому же любой рейс — колоссальная ответственность за каждого пассажира. И Бог миловал его от конфликтных ситуаций как в общении с людьми, так и в дороге. Ни одной аварии на его счету не было. А ведь он был инвалидом от рождения — на левой ладони у него была шишка, и обхватить руль ему было сложновато.


Абдул -Керим (второй слева) в мечети

Отец объездил почти все города и сёла Чечено-Ингушетии, много ездил в Ереван и Тбилиси и в другие большие города Северного Кавказа и Закавказья. Во многих городах и сёлах у него были хорошие знакомые и друзья, где он часто останавливался на ночлег. А мама не находила покоя, пока он не вернётся, ведь дороги-то были очень плохие, особенно зимой, в непогоду. Начальник гаража ему говорил: «Если не уверен, не выходи в рейс. Знай, под твою ответственность». И отец ехал, потому как людей не мог подводить: кому на работу, кому на учёбу, у кого ещё какие-то срочные дела. В те годы личного транспорта было очень мало, так что надежды все были на рейсовый автобус.

В гараже он тоже пользовался почётом и уважением. Постоянно выполнял план. Ему часто давали новые автобусы. Отец неоднократно избирался депутатом городского совета, получал подарки, денежные премии и благодарности. Он был награждён медалью «Ветеран труда» и, как тыловик, медалью «Ветеран Великой Отечественной войны». Всё это сгорело вместе с отцовским домом во время чеченской войны в Грозном.

В семье отец был спокойным, уравновешенным человеком. Но где требовалось, мог проявить жёсткость и требовательность. С нами всегда говорил спокойно, даже когда читал нам мораль. Но и этого для нас было достаточно. Мы его уважали.

Мама была у него хорошей боевой подругой. Они понимали друг друга, и в моей памяти никогда не ссорились. Она была мудрая женщина, требовательная. Особенно в плане нашего образовательного процесса. Особенно требовательна была ко мне, как к старшему. Говорила, что для младших я должен быть образцом. Сама она была хлебосольная, гостеприимная, любила и уважала гостей. У нас в Грозном часто жили студенты-племянники, и главное, в нашем маленьком домике из трёх комнат нам было не тесно. Это всё были заслуги нашей мамы. Да и отец любил людей, племянникам-студентам всегда помогал рублём. Они и сегодня вспоминают их добрым словом.

Конечная точка маршрута

Абдул-Керим за свою жизнь намотал немало километров. Трасса, петляя как жизнь, вернула его вновь в свою обитель. После известных событий в Чечне, в 1996 году, семья Чахкиевых возвратилась в Ингушетию. Поначалу было трудно, жизнь вновь пришлось начинать с нуля. Но всё наладилось. Абдул-Керим Чахкиев умер в 2011 году, а через год, в 2012 году, умерла его жена Лейла. Они прожили достойную жизнь и оставили после себя достойное потомство. Старший сын — Билан Чахкиев, 1953 г. р., заслуженный строитель Чечено-Ингушетии и Республики Ингушетия, окончил Грозненский нефтяной институт, продолжает работать на стройках в Ингушетии. Второй сын — Иса Чахкиев, 1957 г. р., народный артист Ингушетии, окончил Ленинградский государственный институт театра музыки и кинематографии. Работает художественным руководителем Ингушского государственного драматического театра имени Идриса Базоркина. Дочь Наташа, 1959 г. р., окончила Грозненское музыкальное училище, по классу фортепьяно. Преподаёт в музыкальной школе в Назрани.

Устроили свои судьбы и внуки Абдул-Керима и Лейлы Чахкиевых, подрастают и правнуки.

Жизнь продолжается.


Абдул-Керим Чахкиев и сын Билан

 

Последние новости

На форум приехали более 150 представителей коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Это участники молодежных организаций, которые сохраняют культуру, поддерживают традиции и самобытность коренных малочисленных народов и работают над улучшением их жизни.
Энвиль Касимов, главный редактор газеты «Удмуртская правда»: «195 лет назад, 16 и 17 октября (4 и 5 октября по старому стилю) 1824 года император Александр I прибыл на Ижевский оружейный завод. Его встретил двуглавый имперский орёл, расправивший крылья над заводской башней, и алебастровые российские орлы, рыцарские латы и символы победы над французами, украшающие фронтоны заводского Арсенала, хранилища ижевского оружия. Именно оно помогло российской армии за 12 лет до этого одержать победу над казавшимся всей Европе непобедимым Наполеоном».
«Тюменская область сегодня» разработала курс лекций для студентов ТюмГУ, обучающихся по направлению «Журналистика». Занятия в рамках проекта «Школа журналистики» начались 16 октября. Лекторами выступают сотрудники редакции «Тюменской области сегодня», среди которых известные писатели и журналисты Леонид Иванов и Сергей Козлов.
«Вы их сразу увидите, они самые-самые», — сказали мне у входа в зал студенты, демонстрируя плакат в поддержку полюбившихся им Андрея и Насти из Саратовской области. Остальные ребята тоже подготовили таблички, флаги и плакаты — на днях огромный Дом культуры Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова в Чебоксарах был полон активных болельщиков конкурса интеллекта, творчества и спорта «Мисс и мистер Студенчество России».
В Казани на площадке КРК «Пирамида» 14 октября состоялось XIII расширенное заседание Совета по предпринимательству при Президенте РТ. Мероприятие прошло под председательством Президента Республики Татарстан Рустама Минниханова.
Архив новостей





АРС-ПРЕСС О воде земле и небе Текстовые миры Рунета