АРС-Пресс

Владимир СОГАЧЕВ

...Их так мало осталось - тех, кто не понаслышке знает об ужасах военного лихолетья, чья молодость совпала с годами страшных испытаний. Удивительно, но, перенеся тяжелые ранения, контузии, гибель друзей, родных и близких, они не озлобились на мир. Общаясь с ними, невольно ловишь себя на мысли: мы не такие.

В нас нет того удивительного света в глазах, безграничной доброты, чем поражают люди той, уходящей навсегда эпохи. Участники гигантских свершений, творцы героической истории страны, канувшей в небытие.

Тамаре Павловне Ермоленко уже 85. В Октябрьский район она переехала 12 лет назад, а до того жила в Казани.
- Вся моя жизнь прошла в этом городе, - говорит Тамара Павловна. - Там я родилась и прожила 70 с лишним лет. Когда началась война, закончила всего семь классов. Думала: вот кончится этот кошмар, потом доучусь. Но, как оказалось, не суждено мне было науки постигать. В Казань эвакуировали завод из Киева, делавший детали для боевых самолетов. Там и начались мои трудовые будни. А когда мне исполнилось 18 лет, пришла повестка из военкомата. Меня определили в войска связи и после принятия присяги отправили в Москву. Кроме меня в подразделении было еще 10 девчонок. В нашу задачу входило поддержание связи между боевыми частями. Но служба не ограничивалась только этим. Немцы, отступая, минировали местность, взрывали железные дороги и мосты. Впереди нас шла группа саперов. Потом наступала наша очередь. День и ночь восстанавливали железнодорожные пути, которые позарез были необходимы фронту. Довелось мне пройти военными дорогами по Эстонии, Латвии и Литве. Но особо, конечно, запомнился Ленинград в первые дни после снятия блокады. Не приведи Господь! На пути к городу все было заминировано. Сколько детей тогда погибло, подорвавшись на проклятых минах! А голод? Разве можно забыть этот ад?! Усеянные трупами улицы, живые люди от страшного истощения едва держались на ногах. Даже солдаты на марше падали от голода и умирали без всяких пуль. На день нам выдавали по 3 маленьких кусочка хлеба и крошечный кусочек сала. Я чудом уцелела. Деревни вокруг Ленинграда были полностью разрушены. Но иногда мы натыкались на погреба и ямы с картофелем. Мерзлая картошка казалась тогда самой вкуснейшей едой на свете.

Весть об окончании войны застала Ермоленко в Латвии. Надо ли говорить, какие чувства тогда переполняли, сколько надежд, которые пришлось на время убить в себе, снова возродилось и нахлынуло в сердца и души девчонок, которых война заставила смотреть на мир другими глазами?! Тамара Ермоленко вернулась в родную Казань. А вскоре и вышла замуж. Учеба уже, естественно, никакая на ум не шла. Надо было воспитывать и ставить на ноги детей. По ее словам, она выглядела неучем среди своей родни: свекор – полковник, муж – капитан-лейтенант, окончил техникум и институт. Даже порой думала: «Боже мой! Куда я попала?!» Но жизнь есть жизнь... Она работала много лет на секретном заводе, где изготавливали штепсельные разъемы для космической техники. Тогда все были одержимы освоением космоса. И Тамара Павловна тоже испытывала гордость оттого, что на космических кораблях, летающих в недоступной глазам бездне, есть частичка и ее труда. Так и проработала она на заводе до пенсии. А потом трудилась дворником. Здоровье еще было – так чего же ради дома-то сидеть? Внезапно умер муж. Ничем никогда не болел, а однажды лег спать и не проснулся.

- В Казани я осталась одна, и хотя было трудно и тяжело, уезжать оттуда не хотелось, - рассказывает Тамара Павловна. - Почти вся жизнь прошла в этом городе. Ладили с соседями, помогали друг другу в беде, не обращая никакого внимания на национальность. Моя дочь с зятем-подполковником жили в Германии, где он служил. Потом войска оттуда вывели. Так они оказались в Курске, где им выделили квартиру. Теперь в ней живут внуки, а я с дочерью и зятем ючусь в этом домишке в Октябрьском районе. Перебралась я сюда после настойчивых просьб детей. Все-таки очень важно, чтобы рядом с тобой были близкие люди. Особенно, когда тебе много лет и совсем слабое здоровье. Раньше я ездила и в санатории, и в дома отдыха. Теперь не хочу. Чего зря время терять и безнадежно надеяться на избавление от болячек? Возраст не обманешь.

Тамара Павловна вздохнула и смахнула слезу. Я обратил внимание, что на стенах в зале и комнате висит несколько удивительно красивых вышивок. На них Красная площадь, Мавзолей, букеты цветов, пейзажи. На мой немой вопрос женщина с грустной улыбкой ответила, что это творения ее рук. Еще в детстве мать, которая была искусной мастерицей, приобщила дочку к увлечению вышивкой. Но это лишь память о молодых годах. На глаза убеленной сединой женщины снова навернулись слезы. Видно, вспомнилось ей что-то из давних лет.
Воспоминания и слезы – спутники преклонного возраста. Жизнь ее получилась долгой и трудной. Но жалеть ей, она считает, не о чем. Сегодня с нею рядом дочь и зять, которые заботятся о ней. «Разве этого мало на старости лет?» - спросила она меня на прощание. Что было ответить ей? Наверное, достаточно для того, чтобы не чувствовать себя одинокой и беззащитной. К сожалению, даже это дано далеко не всем.

У ПАМЯТИ В ПЛЕНУ

Последние новости